Я продолжаю ждать сына
Новости партнеров

Я продолжаю ждать сына

Известный чеченский певец Зелимхан Бакаев исчез 8 августа 2017 года. Его близкие друзья уверены: он был похищен силовиками и содержался в секретной тюрьме.

Через десять дней после исчезновения Малика Бакаева подала заявление в полицию с просьбой помочь в поисках ее сына, однако результатов это не принесло. Бывший тогда министром по нацполитике Джамбулат Умаров называл “глупостями” сообщения о пропаже Бакаева. Он говорил, что певец объявится “через некоторое время”. Где находится Бакаев, Умаров не уточнял.

24 сентября ЧГТРК “Грозный” опубликовал на своем сайте информацию, что Бакаев находится в Германии. В качестве доказательства сайт госканала разместил видео с певцом. На этом ролике якобы уехавшего в другую страну Бакаева журналисты обнаружили мебель и напиток, продающиеся только в России. Также правозащитники получили ответ из Европейской комиссии, которая подтвердила, что певец не въезжал в Европу.

Мать Бакаева Малика рассказала Кавказ.Реалиям, как продвигаются поиски сына. Вкратце – никаких обнадеживающих новостей.

– Появилась ли хоть какая-то зацепка в деле вашего сына?

– Нет, не было ни одной весточки от Зелима. Я долгое время болела, у меня обнаружили онкологическое заболевание. Анализы, обследования, курсы терапий, реабилитационный период – много времени я провела в разных клиниках. Временами, после процедур, я не в состоянии бывала выходить куда-то. Потом эта эпидемия коронавируса, карантин…

После продолжительной болезни похоронили мы дедушку и бабушку Зелима. Слегла и моя мать тоже. Исчезновение Зелима подкосило всех. Я работаю в кондитерском цехе у одной знакомой своей, порой не нахожу сил идти на работу, но моя работодательница звонит каждый раз и вытаскивает меня. “Тебе лучше находиться на людях”, – говорит она. Так и живу.

– Что говорят следователи?

– Наверное, они уже закрыли его дело. Я жду, когда стихнет пандемия, чтобы нанести им визит. “Не переживай, обязательно отыщем”, – всегда мне отвечали они. Сочувствовали моему горю. Правда, я уже давно не звонила им, не наведывалась к ним.

– Зелим был публичным человеком. У него были друзья, фанаты. За все это время никто из них его не видели не общался с ним?

– Очень давно уже его друзья не выходят со мной на связь. Мне бывает очень больно, если где-то встречу кого-то из его знакомых. В первое время, когда Зелим пропал, очень многие мне писали, звонили, поддерживали всячески. Сейчас уже нет. Я понимаю их, они боятся причинить мне боль, бередить мою рану. Никто не говорил мне, что видели его.

Однако очень многие люди узнают меня на улице, подходят и рассказывают, каким хорошим был Зелим. Я радуюсь, когда прохожие скажут теплое слово про сына. Он и был очень добрым сыном. Он со мной проводил большую часть времени. Никогда не заставлял меня беспокоиться о нем. У него были добрые намерения всегда.

Конечно, матери публично нахваливать своего ребенка не красиво, но я его знала как никто другой. Из-за него и ради него я терпела многое в своей жизни. Всевышний знает, о чем я говорю. Я многое выдерживала, чтобы со своими детьми на разлучаться.

– Ни в Чечне, ни в России дело вашего сына так и не сдвинулось с мертвой точки. Вы не думали о том, чтобы искать справедливости в Европейском суде по правам человека?

– Нет, я не думала об этом. Мне верится, что здесь дело моего сына будет расследовано должным образом.

– Но сколько еще ждать?

– Всему свое время, придет черед и моего сына. Я уверена, что местные органы будут заниматься им, его все же найдут.

– После того, как Зелим пропал, остались ли у вас какие-то сомнения, угрызения, сожаление, раскаяние о чем-то?

– Если я начну об этом рассказывать, я позволю себе слишком далеко зайти. Невозможно всю душу изложить.

– Зелим оставил много хороших песен. Вы их слушаете?

– Нет, я их никогда не слушаю.

– Почему?

– Его фотографии я держу перед своими глазами, но песни не слушаю. Мне больно, я не могу…

– В 2017 году чеченский телеканал опубликовал информацию, что Зелим находится в Германии, а в качестве доказательства даже было продемонстрировано видео. Вы не попытались выяснить, откуда было то видео, как оно к ним попало?

– Клянусь, я не знаю. Я была бы спокойна, даже если это так и оказалось бы. Я бывала на телевидении, но и они мне тоже твердили: “Не тревожься, мы найдем, все выясним”.

– А вы что?

– Я продолжаю ждать сына, не могу его так выкинуть из сердца. Я живу этим ожиданием.

***

В сентябре 2017 года Малика обращалась к главе Чечни Разману Кадырову за помощью. Она просила его помочь найти сына. Реакции из администрации руководителя региона тогда не было.

Позже, после многочисленных публикаций об исчезновении певца, в январе 2018 года Кадыров обвинил семью Бакаева в его убийстве из-за возможной гомосексуальности молодого человека: “Родные, которые не уследили, которым стыдно было признать, что он их, сейчас говорят, что Кадыров забрал [Зелимхана]. Какие доказательства? Семья не смогла его остановить, а потом позвали домой, и двоюродные или троюродные братья, видимо, предъявили, что он вот этот вот… Неужели у них в селе никого нет, в роду мужчин нет, чтобы признать – «мы это сделали»? Они же прекрасно знают, кто их родственник”.

На это Хусейн Бакаев, отец пропавшего, ответил: “Никто его домой не забирал, он нормальный человек, а не тот, кем его хотят сделать в глазах общественности. Никто его в роду не трогал. И трогать не за что было”.

Расследованием дела по Бакаеву занималось управление СКР по Чечне. Получить от них какие-либо комментарии Кавказ.Реалиям не удалось.

Кавказ.Реалии

07.08.2020
О проекте

Целью проекта women4peace.net является формирование группы женщин — специалистов и журналистов, которые смогут готовить сбалансированные, качественные материалы о проблемах женщин, гендерном равенстве, осуществлении Резолюции СБ ООН 1325 и других проблемах, связанных с этими темами, тем самым подавая пример более широким журналистским кругам.