Выбор редакции, Женщины и война

Преподавание грузинского языка в Абхазии

С 2014 года в местных школах стало обязательным использование русского языка.

Тамуна Шония

Доска с изображением государственной школы Коки после реабилитации (Фото: IWPR)

По словам учителей из отколовшейся республики Абхазия, меры против коронавируса заставили их чувствовать себя как никогда изолированными от ресурсов грузинского языка.

Де-факто власти закрыли мост через реку Ингури, связывающий регион с остальной частью Грузии, на следующий день после того, как Тбилиси подтвердил первый случай Covid-19 на своей территории.

Это решение серьезно отразилось на доступе к образованию, особенно в Гальском районе, где осталось только десять школ, преподающих грузинский язык.

Абхазия откололась от Грузии в результате войны 1992-1993 годов, провозгласив свою независимость, но оставшись непризнанной Грузией и большей частью мира. Отношения между сторонами до сих пор остаются напряженными.

В Абхазии действует 155 средних школ, и десять из них – с грузинским языком обучения – находятся в Гали. Но даже в этих учебных заведениях грузинский преподается только ученикам 9-11 классов.

По словам Ноны, 53-летней учительницы математики, переход на онлайн-обучение из-за пандемии обострил проблемы, с которыми уже сталкиваются эти школы.

«Мы должны принимать во внимание инструкции и позицию обоих министерств; вот насколько парадоксальна наша ситуация», – говорит она, добавляя, что из-за пандемии эта ситуация еще больше усугубилась.

«Грузинский язык постепенно исчезает, и мы ничего не можем с этим поделать, – продолжает она. – Мы получаем инструкции от двух совершенно разных образовательных структур. Абхазская сторона из-за распространения нового коронавируса приостановила учебный процесс до 1 сентября, но грузинская проинструктировала нас о продолжении учебы посредством онлайн-уроков. Абхазы об этом знают, но, к счастью, они это не блокируют».

По словам Ноны, проблематично и то, как именно преподаются школьные предметы.

«Мы учим ложной истории и географии, – делится педагог. – После занятий мы обычно по секрету рассказываем своим ученикам, что это не та история, которую следует знать. Старшеклассники способны это понять, но в начальной школе ситуация сложнее. Дети предпочитают говорить по-русски, потому что с первого класса изучали все предметы на этом языке и больше к нему привыкли. Русификация еще никогда не проходила так легко. Несколько лет назад я бы в такое даже не поверила. Но теперь у меня больше нет надежды на изменения к лучшему».

С 2014 года преподавание русского языка в местных грузинских школах стало обязательным.

Учительница, на протяжении десятилетий работавшая в сельской школе в Гали, говорит, что теперь раздавлена: ей приходится наблюдать за тем, как исчезает грузинский язык.

«Абхазы начали этот процесс в 2014 году, а после 2023 года уже все классы перейдут на русский язык», – говорит она, отмечая, что в настоящее время грузинский преподается только в 9-11 классах, и с каждым годом его уровень будет только понижаться.

«Грузинский язык и литературу преподают только два часа в неделю, – продолжает она. – Вряд ли этого достаточно для детей, чтобы изучить грамматику и литературу. Это полная русификация проживающего здесь грузинского населения. Похоже, что системой образования Абхазии управляют русские, а не сами абхазы».

Методы обучения, уверена она, направлены на изменение мировоззрения учащихся.

«Детей учат истории и географии по учебникам, написанным абхазскими авторами. Учебники географии искажают или полностью стирают грузинские топонимы в пользу абхазских. Это входит не столько в интересы абхазов, сколько в интересы Российской Федерации», – говорит учительница.

По ее словам, «Россотрудничество» – организация, созданная в 2008 году по указу президента по продвижению русской культуры и работающая сейчас в 79 странах мира, – имеет представительство в Сухуми.

«Их главная цель – организовать преподавание русского языка, – объясняет педагог. – Они приглашают учителей-носителей языка в гальские школы для обучения грузинских учителей. В некоторых школах они открыли лаборатории, они также помогают с методологической литературой и организуют специальные языковые классы. И все это ставит целью повышение качества преподавания русского языка».

Согласно переписи, проведенной абхазской стороной в 2015 году в Гальском районе, в селах нижней зоны проживает 17 800 грузин. В целом, число этнических грузин в регионе составляет около 40-43 тысяч человек.

Сложилась ситуация, когда общины, живущие очень близко друг к другу, учатся по совершенно разных программам, говорит Нино Векуа, преподаватель из села Коки на контролируемой Грузией территории по другую сторону реки Ингури.

По словам педагога, после объявления карантина ее ученики основали онлайн-клуб «Свободный гражданин» по созданию видеороликов. И они хотели бы поддерживать связь со своими сверстниками в Абхазии.

«В будущем ребята планируют объединиться со своими сверстниками, живущими через реку Ингури, и вовлечь их в это дело, – объясняет Векуа. – Вам известно, что они находятся в очень сложной ситуации, они практически изолированы, что крайне плохо сказывается на развитии молодежи».

Учительница согласна с тем, что образование в Абхазии развивается под влиянием России и ее идеологии. Она отмечает, что после 2008 года в селах в нижней части Гали действовала 31 грузинская школа. Теперь их осталось только десять.

«Эти десять школ на самом деле тоже русские, – продолжает Векуа. – Я знаю от моих коллег, живущих через реку, о нехватке учителей. Преподавание истории и географии искажается. Все это наверняка скажется на детях и приведет к травме и серьезным противоречиям. Это никоим образом не будет способствовать укреплению доверия между грузинами и абхазами. Наши школы разделяют считанные метры, но мы преподаем историю одной страны, опираясь на противоречивые факты».

Эта статья первоначально была опубликовано в Глобальные Голоса под заголовком Teaching Georgian in Abkhazia подготовленной Институтом по освещению войны и мира (IWPR), iwpr.net

09.06.2020
О проекте

Целью проекта women4peace.net является формирование группы женщин — специалистов и журналистов, которые смогут готовить сбалансированные, качественные материалы о проблемах женщин, гендерном равенстве, осуществлении Резолюции СБ ООН 1325 и других проблемах, связанных с этими темами, тем самым подавая пример более широким журналистским кругам.